Мы используем файлы cookies, которые сохраняются на вашем компьютере. Нажимая ОК, вы подтверждаете то, что вы проинформированы об использовании cookies на этом сайте. Подробнее о файлах cookie

Сочинение

Сочинение

Сколько существует человечество, столько идут неутихающие споры о том, что такое настоящее искусство, как отличить подлинное от подделки, глубокое от поверхностного… Я думаю, текст В. Гаршина как раз об этом.

Повествование в тексте ведется от первого лица – прием, часто встречающийся в литературе. Автор предоставляет своему герою возможность высказаться, раскрыться. Голоса самого Гаршина мы здесь почти не слышим, и лишь по некоторым деталям можем предположить, что он со своим героем не согласен. Судя по всему, рассказчик ведет дневниковые записи и сам признается, что в них он «может сказать, никого и ничего не стесняясь, то, чего, конечно, не сказал бы при всех». И что же он говорит? Меня смущает несколько фраз: когда повествователь размышляет о своей картине «Майское утро», он восклицает: «Я ясно чувствую, что поэзии в картине вышла пропасть». Кроме того, он убежден, что золотая медаль – это «то, к чему стремится каждый ученик академии».

Как же рассказчик смотрит на искусство? Он оказывается способен испытать «очень сильное впечатление» от картины Рябинина «Глухарь», оценить прекрасный рисунок, «фантастическое и в то же время высоко истинное освещение». Но сюжет картины рассказчик называет «странным и диким», образы – «безобразными, отталкивающими».

Рассказчик убежден, что истинное искусство не должно допускать «режущие, неприятные созвучия», оно «настраивает человека на тихую, кроткую задумчивость, смягчает душу».

Принять такую позицию рассказчика я не могу. У меня иной взгляд на искусство, которое, по-моему, должно прежде всего заставлять работать душу.

Помню, какое колоссальное впечатление произвел на меня роман Ф.М. Достоевского «Преступление и наказание». Пыльные, зловонные улицы Петербурга; мрачные, похожие то на шкаф, то на сарай комнаты, в которых живут герои; бедность и безысходность у одних и ощущение вседозволенности у других… И страшная исповедь Мармеладова, спившегося чиновника, обрекшего свою семью на нищету, а дочь – на панель. Страшно? Очень. Но тот же Мармеладов скажет: «Ведь должно же быть у каждого человека место, где и его пожалеют». И состраданием наполнится сердце.

И в музыке могут быть «режущие, неприятные созвучия». Помните, как начинается Ленинградская  симфония Д. Шостаковича? Под сухой стук барабана вырастает мелодия страшного марша. Кажется, что эти звуки противоречат человеческой природе… Но в августе 1942 года в блокадном Ленинграде в переполненном зале филармонии  люди слушали новое произведение композитора, которое заставило плакать, не скрывая слёз. В великой музыке нашло своё отражение объединяющее начало: вера в победу, жертвенность, безграничная любовь к своему городу и стране. А немцы, сидевшие в окопах и слышавшие через репродукторы трансляцию этого концерта, потом признавались, что в этот день они поняли, что проиграли  войну.

Величайшая задача искусства – «пробуждать» «чувства добрые», заставлять человека приподниматься над обыденностью, учить видеть всю многогранность и сложность нашего мира.

Написать комментарий

Информация персонального характера о пользователях официального сайта образовательной организации хранится и обрабатывается с соблюдением требований российского законодательства о персональных данных.

Политика оператора по обработке персональных данных

КомментарииКомментариев: 0